Владимир Сорокин: Наследие

В заключительной части трилогии Владимира Сорокина о докторе Гарине главный герой оказывается в постапокалиптическом мире будущего, опустошенного последствиями ядерного конфликта. В этой искаженной реальности мир, о котором когда-то мечтали, становится недостижимым из-за повсеместного насилия, хаоса и разложения общества. И все же чудесный доктор, изменившийся до неузнаваемости, сохраняет честь, достоинство и человечность даже в такой страшной реальности.

Часто встречающийся в русской литературе образ поезда, соединяющего восток с западом, в «Наследии» становится страшным символом: топливом для него служат человеческие тела — не в метафорическом, а в буквальном смысле. Жертвам некуда было бежать и негде скрыться, и мрачные образы служат пронзительным напоминанием о безысходной пустоте этого мира.

Тем не менее, проблеск надежды для человеческой цивилизации существует: предвестниками возможного светлого будущего становятся доктор Гарин и его загадочные наследники.

Будущее наступило и прошло, ядерная война почти забыта, выжили не все, а тот, кто выжил, уже никогда не будет прежним. Мирный договор не привел к миру: насилие стало нормой и потребностью, терпимость к нему заразней, чем боливийский вирус.

В заключительной части трилогии о докторе Гарине Владимир Сорокин рисует следующую, еще более далекую от нас стадию постапокалиптического распада. Но ее реальность парадоксальным образом кажется куда более узнаваемой. Правда, главного героя мы узнаем не сразу, зато он по‑прежнему, как и положено врачу, остается примером достоинства и человечности.

Поезд, неизменный образ, соединяющий русскую, советскую и постсоветскую литературы, идет с востока на запад. Его топливо — люди, не в метафорическом, а в буквальном смысле, и им некуда больше бежать. Но чудесный доктор и его необычные наследники дают надежду на то, что у обезумевшего мира есть не только конец, но и более счастливое продолжение.